Тихий стук

— Кто там стучит? — прошептала божья коровка Тася.

Был вечер. В саду пахло мокрой землёй. Тася хотела только одного: лечь спать под большим листом мальвы, как под зелёным одеялом.

Но стоило ей закрыть глаза — тук! Она открывала глаза. Никого.

— Где ты, тук-тук? — спросила Тася.

Она заглянула за стебель. Заглянула под листок. Никого.

Мимо ползла улитка Гриша. Он спешил домой, на грядку с клубникой.

— Гриша, ты слышишь? Тук!

— Слышу, — сказал Гриша. — Это мой живот. Я не ужинал.

— Нет, Гриша, это не твой живот.

— Тогда не знаю, — вздохнул он и пополз дальше. Он не мог остановиться: его ждала клубника.

Тася влезла на самый верх листа и крикнула:

— Эй, кто стучит?

Никто не ответил. Только опять: тук!

Тогда Тася села и стала молчать. Она смотрела во все глаза. Вот у кончика высокого листа над ней выросла капелька. Круглая, блестящая, как бусинка. Она росла, росла, а потом сорвалась и упала на сухой лопух.

Тук!

— Ага! — сказала Тася. — Вот ты где!

Но капельке нельзя было сказать «не падай». Тогда Тася побежала к упавшему жёлтому лепестку. Он был больше неё. Она тянула его, пыхтела и толкала, и лепесток ехал по земле, как санки.

Тася подсунула его под лопух, там, где падают капли.

Следующая капелька упала.

Пуф.

Тихо-тихо, будто кто-то сказал «пуф» ватным голосом.

— Вот так лучше, — шепнула Тася.

Она забралась под мальву и закрыла глаза. Где-то далеко хрустел клубникой Гриша. А над ней капелька росла, росла и падала.

Пуф.