Уля и звезда на макушке

Уля была такая маленькая, что даже её чашка стояла на самой нижней полке.

Сегодня Уля наряжала ёлку. Ёлка стояла посреди комнаты, высокая и пушистая, как в лесу. Рядом стояла коробка с шарами, с гирляндой и с одной золотой звездой.

Уля повесила красный шар на нижнюю ветку. Потом синий. Потом полосатый. Скоро все нижние ветки стали нарядными. А наверху было пусто. Там, на самой макушке, должна сидеть звезда, и Уля хотела посадить её сама.

— Пап, можно на стул? — крикнула она.

Папа сидел на кухне. На столе горели свечи, суп ещё дымился. Ужин сегодня был поздний.

— Доедим, тогда вместе, — сказал папа. — Без меня на стул не лезь.

Уля вздохнула. За ней по полу тянулись следы. Они светились тихим светом, как светлячки. Так всегда бывает: след светится ровно один час, и никто этому не удивляется.

Уля встала на цыпочки и подняла зелёный шар повыше. Ещё чуть-чуть!

Шар выскользнул.

— Динь!

Он покатился под диван. Тогда Уля взяла гирлянду и забросила её вверх. Гирлянда зацепилась за нижнюю ветку и упала Уле прямо на голову. Уля стала похожа на ёлку.

Она посмотрела вниз. Её следы горели на полу: от кухни до ёлки и обратно.

— Я знаю! — сказала Уля.

Она побежала на кухню и взяла папу за палец.

— Пап, пойдём. Только наступай на мои следы, они приведут к ёлке.

Папа засмеялся и встал. Он шёл на цыпочках и ставил большие ботинки в маленькие светящиеся следы. Они еле помещались.

У ёлки папа поднял Улю. Потом выше. Потом на вытянутых руках.

— Ещё чуть-чуть, — сказала Уля.

— Ещё чуть-чуть, — сказал папа и встал на носки.

Макушка оказалась дальше, чем думала Уля. Но она дотянулась и надела звезду сама.

Звезда качнулась и замерла. На полу следы гасли один за другим, а на кухне тихо потрескивала свеча.